Давно это было. Году так в 2007-2008. По стечению целого ряда обстоятельств получил я направление от проктолога в сороковую городскую клиническую больницу, что находится на улице Касаткина. Одним из важных поводов для направление был, пардон, геморрой, который собственно не сильно меня беспокоил, но определенные неудобства создавал. Необходимо было компетентное мнение специалиста стоит ли делать операцию, или еще рано. И, в случае необходимости там же все и удалить. Вторым поводом для направления была необходимость сделать колоноскопию кишечника, которую в силу определенных обстоятельств мне необходимо было делать раз в полгода, год. Больница находится сравнительно недалеко от моего дома, несколько остановок на одном транспорте. Что удивило с самого начала так это то, что мне не потребовалось при поступлении приносить с собой результаты на СПИД, гепатит и пр., как этого обычно требовали в других местах при плановой госпитализации.



Врач при первом осмотре сказал, что узлы удалять еще рано. Они должны подрасти и созреть. А вот с колоноскопией накладка вышла, специалист как оказалось в больнице один, и к нему очередь на неделю Поэтому мне придется провести все это время в больнице. Мне не привыкать. Неделю так неделю. Все равно эту процедуру пройти надо. А дело было летом. Пора отпусков. И где этого специалиста в других местах за бесплатно в это время года найти я понятия не имел. Пришлось остаться. Второе, что меня поразило, у меня не взяли никакие анализы при поступлении. Даже кровь. Период для госпитализации оказался крайне неудачным. Само отделение проктологии ремонтировалось и больных временно разместили в помещении бывшего склада лекарств. В палате из стен торчала арматура, зияли дыры в штукатурке. Отсюда огромное количество пыли, с которой боролись только ежедневной влажной уборкой пола. Напомню, что это было отделение проктологии, т. е. лечилось все, что связано, в основном с толстым кишечником. Т. е. у пациентов часто возникает необходимость посещать, пардон, туалет, которые, в количестве двух кабинок находились в середине небольшого коридорчика, который заканчивался душевой кабиной. А в начале коридорчика находилась, т. н. процедурная, где назначенным на операцию делали клизмы. Еще раз приношу извинения за столь интимные подробности. Но, что естественно, то не безобразно. Так вот, когда кого-то назначали на названную процедуру, входная дверь закрывалась, т. е. попасть в туалет или душ для других становиться невозможным, а те, кто застрял в душе или в кабинке должны были ждать окончания процедуры. Но не всегда медсестра успевала предупредить (или особо к этому и не стремилась), но частенько во время столь интимной процедуры кто-то совершенно случайно выскакивал к кушетке, на которой в это время пациент заправлялся водой через анальное отверстие. Туалеты были общими для мужчин и женщин. Не смею утверждать может быть кто-то слишком озабоченный это и специально делал. Кормили надо сказать неважно. В те времена во многих муниципальных и республиканских медицинских заведениях было не слишком сытно. Но в сороковой больнице и на этом фоне было бедновато. Хорошо, что постельное белье и посуду с градусниками не пришлось с собой приносить, как у меня было до этого. Палата была на 4 койки. Три из них были заняты постоянно. Четвертая была как бы страховочной, на период временного пребывания кого-нибудь. Двое соседей лежали с геморроем. Причем один из них эту операцию перенес еще раньше. Поэтому в подробностях рассказал мне всю процедуру. Сам он ходил с газоотводной трубкой в одном месте, чтобы не могла слипнуться рана. Поэтому сидеть и лежать на спине не мог. Но у него был маленький телевизор, который нас выручал, скрашивая вынужденный досуг. Телевизора в отделении не было. Дверь в палату закрывалась плохо и сильно скрипела. Чтобы уменьшить скрип (по ночам он сильно раздражал) мы смазали петли касторовым маслом, которое дают пациентам для очищения кишечника. Двери приходилось закрывать, чтобы не было сквозняков и не слышать стоны пациентов, перенесших операцию по удалению геморройных узлов. Обычно боль не утихала сутки. Обезболивание не делалось. Таблетки в этом случае не помогают. Оценить врача как специалиста не могу, т. к. кроме первичного осмотра при поступлении больше он на меня внимания не обращал. Медсестры недостаточно профессиональны, хотя работают давно. Приходилось подсказывать в тех случаях, когда они терялись. Если предписано делать процедуру так, как написано в учебниках, то изменить что-то они уже не могут, если что-то по написанному не получается. А ведь каждый пациент индивидуален. У каждого могут быть проблемы, которые в учебниках не рассматриваются. Из больницы домой не отпускают даже на выходные, хотя никаких эпидемий чего то заразного летом не наблюдалось. Этот факт очень разочаровал. Даже из более серьезных центров запросто отпускали с наказом вернуть к определенному времени. А тут совершенно здоровый бугай вынужден глотать пыль в палате, т. к. не всегда можно было погулять по улице. Колоноскопию мне сделали через неделю после поступления. Ожидая своей очереди перед кабинетом, слышал крики пациентки, проходившей обследование, и удивлялся, ведь эта процедура совершенно безболезненна. Я ее уже делал до этого. Неприятная - да! Но серьезной боли не вызывает. Как же я был неправ! Оказавшись на месте той женщины искусал все губы от боли. Может аппарат был плохой или у специалиста не оттуда руки растут. А скорее и то и другое. В общем: ничего мне в этой больнице не понравилось. Хотя, говорят, что врач который удаляет гемморойные узлы один из лучших в Москве. Но глядя на послеоперационные страдания его пациентов, решил, что лучше этой операции избежать, что и сделал.